Лучшие театры мира на экране
«Гамлет | Коллаж» – первый спектакль Робера Лепажа в Москве, крупнейший совместный культурный проект России и Канады. Во всем мире зрители знают работы Робера Лепажа «Обратная сторона луны», «Проект Андерсон», «Липсинк», знаменитое шоу «Цирка дю Солей» (Cirque du Soleil) и многие другие. Предложение поставить спектакль в Москве Робер Лепаж принял после личного знакомства с Евгением Мироновым и посещения реконструированного здания Театра Наций.
17 ноября
Мечты сбываются не только под Новый год. Лирическая фантазия о мире классического танца
Юная Мари грезит о сцене и восхищается старшей сестрой Луизой – настоящей балериной. На день рождения сестра дарит Мари пуанты, а ночью девочка видит прекрасный сон, где её мечта становится реальностью, и перед ней открывается волшебный мир кулис.
«Щелкунчик» Джона Ноймайера по отдаленным мотивам сказки Гофмана – не новогодний спектакль. Здесь нет наряженной ёлки, Дроссельмейер оказывается балетмейстером, а ради исполнения желания надо не победить крыс, а очень много работать. Волшебство этой постановки в другом. Оно рождается вместе с танцем и становится объяснением в любви прекрасному искусству.
Джон Ноймайер поставил своего «Щелкунчика» на заре карьеры хореографа, ещё до своей великой гамбургской эры. И вот уже более пятидесяти лет эта постановка остаётся одним из самых красивых, нежных и искренних объяснений в любви искусству балета.
Юная героиня спектакля получает шанс побывать в волшебной стране, но не в городе сладостей, а в Закулисье театра. Конечно, театр этот немного сказочный: здесь все добры, галантны, поддерживают при неудачах и прощают ошибки, здесь нет места зависти, но есть место восхищению. А вот любовь к своему делу совсем не сказочная, а самая настоящая. Любовь, из которой и рождается та самая магия, ради которой приходят в театр зрители.
В «Щелкунчике» Ноймайера явно читается оммаж знаменитым балетным школам, а путешествие по легендарным спектаклям, которые так интересно угадывать зрителям, успешно заменяет собой национальные танцы. Дроссельмейер здесь – проводник в волшебный мир театра, с его шипами и розами, а офицер Гюнтер – поклонник старшей сестры, который втайне нравится девочке, – становится прекрасным принцем, что танцует не только с постоянной партнёршей, но рад помочь и юной дебютантке.
Начатый на дне рождения спор между элегантностью (Дроссельмейер) и темпераментом (Гюнтер) находит свой компромисс в балетном классе, где оказывается важным и то, и другое. А Мари, ещё совсем маленькой, угловатой и неуклюжей, предстоит понять, что только мечты для балетной сцены мало: за волшебством полёта и головокружительными овациями публики стоит ежедневный тяжелый труд. Труд, который не виден зрителям: для них балет всегда остается сказкой.
Хореография, концепция и постановка – Джон Ноймайер
24 ноября
Театр Наций
Знакомые с детства сюжеты в авангардной интерпретации Боба Уилсона, виртуозном исполнении Евгения Миронова и под музыку фрик-фолк дуэта CocoRosie
Роберт Уилсон – один из крупнейших представителей театрального авангарда конца ХХ – начала XXI века. Уилсон создал особый театральный стиль, который находится на стыке драматического театра и современного искусства, кинематографа и пантомимы, цирка и современного танца. Его спектакли отличаются изысканной пластической и световой партитурой, которая производит магическое впечатление на зрителей всего мира.
В основе первого оригинального россииского спектакля Уилсона лежат несколько сказок Пушкина: «Сказка о царе Салтане», «Сказка о рыбаке и рыбке», «Сказка о попе и работнике его Балде», «Сказка о золотом петушке», «Медведиха», а также фрагменты поэмы «Руслан и Людмила».
Для создания световои и сценографическои партитуры спектакля Уилсон провёл огромное исследование, в котором подробно изучил не только сами сказки, но и различные иллюстрации к ним, историю их появления, фольклорные составляющие. Из этого возник ряд сложных визуальных образов, являющихся важнеишими элементами постановки.
Уилсон приехал в Москву со своеи командои художников, сценографов и ассистентов. Музыку к спектаклю создал покорившии мировую сцену американскии фрик-фолк дуэт CocoRosie.
Рассказчик – Евгений Миронов
Кот учёный / Стражник / Ёж – Виталий Довгалюк
Старуха – Татьяна Щанкина
Царь Салтан – Владимир Ерёмин
Масонская притча в стиле Хичкока – неожиданная венская трактовка Моцарта
«Волшебная флейта» с венской сцены разрушает привычные представления о «сказочной» опере Моцарта. Режиссёр Барбора Горакова и сценограф Фалько Херольд превратили Большой зал Венской оперы в сюрреалистический дом с привидениями – пространство, где классическая эстетика встречается с эстетикой фильмов ужасов и триллеров, с двигающимися стенами, неожиданными провалами и лестницами, ведущими в никуда.
Горакова смещает акцент с традиционной борьбы добра со злом на внутренние страхи и инициацию как шаг к взрослению. Это очень близко классике саспенса и современным триллерам, где главный ужас – не внешний враг, а то, что скрыто внутри нас самих. Сама Горакова признаётся, что вдохновлялась фильмами Дэвида Линча и Альфреда Хичкока – особенно их умением создавать напряжение через бытовые детали и нестандартные ракурсы.
За дирижёрским пультом – Бертран де Бийи, создавший кристально чистое, но нервное звучание. Венский филармонический оркестр под его управлением не просто аккомпанирует – он создаёт тревожное звуковое поле, в котором даже привычные арии звучат по-новому.
Центральной фигурой по праву стал всемирно известный бас Георг Цеппенфельд в роли Зарастро. Его благородный, тёплый и объёмный голос идеально подошёл для создания образа мудрого и величественного правителя. Критики отмечали, что его Зарастро лишён пафосной назидательности, он – воплощение подлинной, а не декларируемой доброты и власти.
8 декабря
Евгений Миронов в чеховской пьесе с эко-подтекстом со сцены Театра Наций
Первая работа в России руководителя парижского театра «Одеон» Стефана Брауншвейга. На сцене Театра Наций он поставил спектакль, к которому шёл почти 30 лет. На счету Брауншвейга около семидесяти постановок по произведениям Брехта, Клейста, Бюхнера, Ибсена, но к Чехову у режиссёра особое отношение.
По словам режиссёра, ключ к сегодняшней постановке «Дяди Вани» – экологическая тема, которая волнует весь мир. Чеховский персонаж Астров оказался провидцем. Он остро переживает вырубку лесов, как бы указывая нам, потомкам, на глобальные проблемы с экологией в масштабах всей планеты.
Стефан Брауншвейг:
«Мне говорят, я смелый человек – в Россию со своим Чеховым. Часто считают, что если приглашать французского режиссёра, он должен ставить Мариво или Мольера. Но мне ближе Чехов, чем Мариво. Если я работаю за границей, мне приятнее иметь дело с писателем именно этой страны. Я уже ставил во Франции «Чайку», «Три сестры», «Вишнёвый сад». И каждый раз стремился отойти от традиций, условностей, связанных с постановкой этого материала на сцене. Поэтому и здесь я возвращаюсь к точному прочтению Чехова, очищенному от всех наслоений».
«Мне важно войти этим спектаклем в общую экологическую повестку. Климат меняется. Первый раз я приехал в Москву в 1979 году, в феврале было 25 градусов мороза. Сегодня всё не так. Теперь если в Москве зимой минус 10, то в Африке вообще невозможная жара. Население африканских стран перемещается в другие климатические зоны, в том числе к нам в Европу, и это уже миграционная и экономическая проблемы. Всё связано: экология, экономика, энергетика. Чем больше мы разрушаем климат, тем к более глобальной катастрофе это ведёт. У меня нет готовых рецептов, как исправить ситуацию, но надо будоражить умы, совесть, сознание всего человечества».
15 декабря
Взмах дирижёрской палочки Курентзиса – и Золушка на Всемирном фестивале молодёжи и студентов-1957
Однажды Теодор Курентзис предложил хореографу Алексею Мирошниченко создать не просто балет, а путешествие в эпоху, где сказка станет былью. И получилась «Золушка» на сцене Пермского театра оперы и балета, не только настоящая дань уважения балетному миру и терапия для осмысления нашего советского прошлого, завоевавшая три «Золотые Маски» (за хореографию, дирижирование и костюмы), но и удивительной красоты и нежности спектакль.
Москва принимает Всемирный фестиваль молодёжи и студентов. 1957 год. В Главном театре страны готовится премьера балета «Золушка»…
По замыслу Алексея Мирошниченко архетипический сюжет о девушке, которая много работает и находит своё счастье, перенесён в театральную среду конца 1950-х. Прием «театр в театре» позволяет воплощать действие балета Сергея Прокофьева и в советских реалиях, и в пространстве волшебной сказки. Главная героиня спектакля – юная балерина Вера Надеждина, которая готовит партию Золушки в новом балете. На её руку и сердце претендуют сразу два принца – звезда Парижской оперы Франсуа Ренар и начинающий советский балетмейстер Юрий Звёздочкин. Нелёгкий выбор разрешается просто: за героиню его делает само время и её окружение.
22 декабря
Рождественский «Щелкунчик» в хореографии Рудольфа Нуреева: любовь и другие чудеса
Юная Клара взрослеет. Родные, друзья – все теперь кажутся не такими, как прежде. А помыслы заняты поиском «идеального возлюбленного». Способного ради нее на подвиг, галантного, внимательного и милого. И, конечно, немного волшебника. Во сне Клара проживает невероятные приключения, связанные с одолевающими ее тревогами, изменениями и мечтами. Но кого же напоминает ее воображаемый возлюбленный?
Рудольф Нуреев неоднократно ставил «Щелкунчика» в разных театрах, с каждым разом все больше уходя от излишней сладости классической версии, все сильнее делая акцент на мрачноватой, сюрреалистичной, но все же сказочной картинке, нарисованнной Гофманом. Результатом поисков стала парижская редакция спектакля, сделанная в 1985 году – она и исполняется сейчас на многих сценах мира, в том числе, в Вене.
Кажется, у Нуреева, стремившегося воспроизвести гофмановский стиль, но все же не потерять рождественское настроение балета, получился почти идеальный компромисс. Для взрослых и подростков его история – своего рода психоанализ сложностей взросления и первой любви, а для детей – настоящая сказка, немного страшноватая и загадочная, но очень красивая и счастливая. Давний соратник Нуреева Николас Георгиадис создал мир причудливый и отчасти гипертрофированный, иногда отсылая нас ко всем уродцам Гофмана, но оттеняя страхи по-настоящему волшебным антуражем и эффектными костюмами. Танцы же, как обычно у Нуреева, невероятно сложны и очень зрелищны. Но главное, что есть в этом спектакле – неуловимый флер ожидания чуда, немного тревожный, но полный надежд – как всегда бывает в рождественские дни.
Клара – Людмила Коновалова
Дроссельмейер / Принц – Владимир Шишов
29 декабря